16:54 

Аллен-тян
Поиграем немного в прятки в лабиринте кривых зеркал?

Название: Desperation (англ. Отчаяние, безрассудство)

Фендом: D.Grayan
Автор: Blackmoor
Email:
anna-blackmoor@yandex.ru (anegka@hotmail.com)
Бета: Маэстро
Рейтинг: PG-15
Пейринг: Лави/Аллен – основной, Тикки/Аллен и Лави/Канда.

Персонажи: Лави, Аллен Уолкер, Тикки Микк, Канда Юу.
Жанр: психодел, ангст, десфик
Предупреждения: ООС

Содержание: «Тики был немало удивлен, увидев перед собой седовласого подростка.

- Зачем ты пришел? – с недоумением спросил шулер.

- Забыть его, - безжизненно ответил мальчик, расстегивая ворот черного плаща. Когда он поднял взгляд на Ноя, то у того защемило сердце от жалости – столько боли и страдания было в пепельных глазах экзорциста.

- Это тебе настолько нужно? – спросил одними губами сын Ноя.

- Нужно, - кивнул мальчишка и сделал шаг навстречу своему непримиримому врагу…»

От автора: Период депрессии у меня выливает именно в такое. В общей сложности, на это я потратила примерно шесть часов. То есть две ночи по три часа.

Дисклеймер: «Я всего лишь затянулась.»

 

 

Desperation (Отчаяние, безрассудство)

 



Тикки был немало удивлен, увидев перед собой седовласого подростка.
- Зачем ты пришел? – с недоумением спросил шулер.
- Забыть его, - безжизненно ответил мальчик, расстегивая ворот черного плаща. Когда он поднял взгляд на Ноя, у того защемило сердце от жалости – столько боли и страдания было в пепельных глазах экзорциста.
- Это тебе настолько нужно? – спросил одними губами сын Ноя.
- Нужно, - кивнул мальчишка и сделал шаг навстречу своему непримиримому врагу…
… Аллен бежал по холодным коридорам Ордена, и встречный ветер сушил слезы на щеках мальчишки. Наверное, впервые со смерти Маны он чувствовал себя настолько одиноким и брошенным…
… Три месяца назад, счастье. Первый поцелуй, нежный, страстный, неумелый, требовательный. Клятвы, обещания. Пламя любви, охватившее двоих. Казалось, проклятый подросток получил еще один шанс быть любимым. И пусть, что этот человек – его лучший друг, будущий Книгочей. Но Уолкер был готов отдать душу за своего любимого. От такого кружилась голова и горело все внутри. Хотелось петь и кричать всему миру о своем счастье. Они были вместе. Два человека. Весь остальной мир перестал интересовать Джокера, для него этот мир был во взгляде изумрудного глаза, с сумасшедшей нежностью смотревшего на еще угловатого, но уже изящного подростка. Казалось, что это будет вечно, и англичанин был готов на все, что попросит у него рыжик – от банальной помощи до души и тела. Три таких счастливых месяца…
… Но теперь мальчик бежал по коридорам, стараясь затеряться в лабиринте переходов и умереть от изнеможения. Сердце пыталось вырваться из груди. Ему было тесно в грудной клетке. Аллен хотел выблевать мышцу на пол и смотреть, как бьется этот кусок мяса, истекая кровью, никому не нужный, отмирающий, отравленный горечью разбитого счастья. Он до сих пор слышал громкий стон Лави, видел изумленный взгляд, ошарашенное, побледневшее лицо, полуобнаженное тело, покрытое мелкими шрамами, его крик, просьбу подождать, дать объясниться, недовольный взгляд синих, почти черных глаз, метки Книгочея на белой коже мечника, раздраженное шипение… Канды. Канды Юу. Неприступного самурая. Лежавшего на кровати рыжего. Который, в свою очередь, хотел этого самого мечника.

 


Аллен бы понял, если бы его соперницей оказалась Линали или еще какая-нибудь девушка, но Юу… Здесь у мальчика не было ни одного шанса. Уолкер и Канда были разными, как небо и земля, вода и камень, птица и рыба, пламень и лед.
Англичанин бежал, пока ослабевшие ноги не подкосились. Безвольное тело упало на жесткие холодные камни. Мальчишку трясла истерика, молчаливая, страшная агония преданной души, истекающей кровью от измены. Первая любовь выжигала ожоги на юном и немом сердце. Джокер бился в лихорадке, царапая когтями проклятой руки камень, а внутри разливалась едкая горечь, разрушавшая хрупкий внутренний мир подростка.
Тим безнадежно отстал от своего хозяина, и свидетелей горя юноши не было, как не было и возможности отыскать парнишку среди этих хитросплетений. И внезапно в голове седовласого появилась сумасбродная мысль, родившаяся из отравленного ядом отчаяния мозга. Когда-то Микк признался седому в симпатии.
- Не думай, что это любовь, малыш, - сказал Тикки, прикуривая. – Это страсть, влечение, желание, не более того. Но если однажды тебе понадобится моя помощь, например, забыть кого-то, забыться – я с удовольствием помогу тебе. Имей в виду, дети Ноя своих обещаний на ветер не бросают.
И именно сейчас Разрушитель Времени нуждался в средстве, способном заглушить агонию разрушенного мира. Поэтому где-то в хитросплетении коридоров, подчиняясь спонтанному желанию Исполнителя, сверкнул портал Белого Ковчега, перенося Уолкера сквозь пространство к носителю памяти Удовольствия Ноя…
… Наверное, самым важным фактором, заставившим Тикки подчиниться просьбе мальчика, были именно эти диковинная боль и невыносимая тоска, читавшаяся в покрасневших и опухших от слез глазах. Этот ребенок обратился за помощью к врагу, памятуя о данном им обещании. И Микк о нем прекрасно помнил и знал, что в ином случае влюбленный мальчик ни за что не пришел бы к португальцу. Поэтому Ной бережно, словно фарфоровую куклу, раздевал парнишку, обнажая белую кожу со следами синяков и царапин прошлой миссии, преодолев изначальное отвращение к Инносенс, гладил черную руку, обводя кончиками пальцев линии на плече, целовал закрытые веки и лицо юноши, собирая губами крохотные жемчужные капли, касался сжатых, белых от напряжения губ парня, добиваясь разрешения на более глубокий поцелуй, чертил на груди и спине Аллена узоры и линии, старался подчинить подростка не силой, а нежностью. И он с удовольствием чувствовал, как его опыт и терпение заставляли юное тело расслабляться и отдаваться на милость подчиняющего, как седовласый уступал, постепенно начинал отвечать на умелую ласку старшего, а сладкие черешни губ дрогнули, раскрываясь и позволяя сыну Ноя втянуть себя в глубокий и порочный поцелуй. Порочный. Чувственный. Страстный. Требовательный. Отдающий желание и забирающий волю. Морально сломленный Уолкер знал, на что шел, и не сопротивлялся тому, что должно было случиться. Его страх выдавала лишь дрожь белесых ресниц, которая без слов дала понять Ною, что перед ним еще совсем нетронутое тело, и это заставило изнывающего Микка набраться терпения. Ведь он обещал Аллену помочь забыть предательство любимого. Но странное дело: подросток больше походил на сломанную куклу, чем на живого человека. Гибкое тело подчинялось, однако не было встречного процесса, губы отвечали, но вяло и слабо, слишком слабо, чтобы считать это достаточной реакцией. Даже когда Тикки решился подготовить мальчика, тот лишь вздрогнул и закрыл глаза, хотя Микк знал, что это довольно болезненно, даже со смазкой, а в первый раз – даже удивительно, что мальчик держится. И все же безвольный ребенок вызывал у Ноя жалость и искреннее желание помочь. - Аллен… - тихо позвал португалец, и на него посмотрели абсолютно ясные пепельные глаза. – Скажи хоть что-то, - так же тихо попросил мужчина. Губы Уолкера дрогнули, но ни звука с них не упало. И сын Ноя осторожно уложил свою белоснежную куклу поверх черного шелка простыни. Из-за этого контраст лишь усилился, и сердце португальца вновь сжалось. Мальчишка выглядел одиноким и странно замерзшим, совсем, и каким-то… неживым. Словно… внутри этого ребенка умерло сердце. Он напомнил бутон, выеденный червем, и ему уже не распуститься белоснежной великолепной розой. И на какое-то мгновение Тикки показалось, что даже он не сможет вылечить увядающий цветок. И тут же мужчина отринул эту мысль, в какой-то необъяснимой панике накинувшись на парнишку. Ему снова показалось, что он держит не теплого подростка, а фарфоровую куклу, по жестокой случайности похожую на седого юношу. И Микк пытался разбудить экзорциста, с иррациональной радостью чувствуя, как поневоле мальчишка отвечает его движениям. Но эти холодные глаза оставались такими же расфокусированными и застывшими, а губы – сомкнутыми и немыми. Лишь когда по угловатому еще телу прошла первая оргазменная дрожь, лишь тогда бледные губы приоткрылись, выпуская на волю едва слышный вздох, даже не стон. Когда все закончилось, Аллен все так же неподвижно лежал на черном шелке, лишь перевернувшись на бок, а Тикки положил голову на бедро мальчика.
- Тикки… - четким и ясным голосом позвал Джокер, так же глядя в никуда.
- Мм? – откликнулся Микк.
- Вставь мне Тиза в грудь и прогрызи им сердце, - равнодушно попросил юноша. Ной вздрогнул, широко распахнув каре-золотые глаза.
- Зачем? – хриплым голосом спросил он.
- Легче не стало. Только хуже. Пожалуйста, Тикки… - по щекам мальчишки текли слезы. Удовольствие Ноя долго пытался отговорить парнишку от этого, даже кричал, что увезет экзорциста на край света, что англичанин забудет про «рыжего гада». Но Разрушитель Времени лишь покачал головой и с горькой улыбкой посмотрел на португальца пепельными глазами, и тот вздрогнул. Такие глаза он уже видел. У мертвецов. Значит, не успел. Умерло сердце мальчика.
- Но… - еще раз попытался отчаявшийся мужчина, но седовласый подросток снова покачал головой.
- Прости. И спасибо за попытку. Но, прошу, выполни мою последнюю просьбу.
Скрепя сердце и глотая непрошенные слезы, Ной одел Аллена и лишь затем исполнил то, о чем просил Уолкер. Последнее, что осталось от умирающего мальчика, это теплый нежный взгляд и произнесенное одними губами «Спасибо»…
… Лави метался по всему Ордену, пытаясь отыскать седовласого, как-то объяснить произошедшее, вымолить на коленях прощение, что-то изменить. Перед мысленным взором вновь и вновь возникали эти серебристые глаза, в которых неверие сменилось болью, а затем удаляющийся бег. Но сколько Книгочей не гнался за подростком, нагнать его он не смог, как потом никак не мог и найти. Только внутри осталось чувство, что он совершил самую непоправимую и страшную ошибку в своей жизни…
… Над Черным Орденом медленно расцветал рассвет. Небо заливало алое зарево, румянцем отражаясь на белой коже спящего юноши, удобно устроившегося на руках смуглого мужчины. Но поцелуи солнца не будили подростка, ветер напрасно касался мягких белых волос. Мальчик был недвижен. Даже сейчас Тикки, еще прижимавший к себе хрупкое тело, не мог поверить, что это невозможное чудо умерло. Необычно спокойное и серьезное лицо, лишь в уголках губ осталась прощальная улыбка. Казалось, он только спит, и сейчас откроются внимательные серые глаза, зажгутся серебряные искры… Но эта тающая фарфоровая хрупкость белого, как снег, мальчика говорила об обратном. Позади распахнулась дверь, но Ною было все равно, он баюкал уже умершего ребенка, шепча невысказанные слова нежности и тепла, не сказанные в свое время. По смуглым щекам текли слезы, и только сейчас мужчина осознал, насколько ему был дорог сумасбродный юноша.
- А как мне теперь жить без тебя? – одними губами спросил Ной, не замечая, что неподалеку застыл бледный, как полотно, Младший Книгочей, безотрывно смотревший на тело в руках Тикки. Микк положил хрупкого подростка на камни и, оставив на его губах прощальный поцелуй, надел на обычную руку маленькое колечко, отмечая своего любимого. А затем Ной растворился в воздухе, оставляя рыжего наедине с его последней ошибкой.
На следующий день были похороны, и Аллен был одним из тех немногих, кого похоронили, а не кремировали. Еще через два дня Лави пропал из Ордена. На все вопросы старик Панда отвечал:

- За все надо платить. Иногда приходится платить сердцем, и порой – за абсолютно чужие ошибки. Но счета рано или поздно придут по адресу.


@темы: Яой, Фанфик, Тиллен, Лавллен, Лаванда, D.Gray-man

URL
Комментарии
2010-08-15 в 22:41 

Зло порождает зло. (с) М.Ю.Лермонтов
очень красиво... и печально
я даже расплакалась :weep2:

2010-08-16 в 00:14 

Аллен-тян
Поиграем немного в прятки в лабиринте кривых зеркал?
Спасибо...

URL
2010-11-29 в 22:41 

Очень грустно на душе по чтения :weep3: :weep2: :cold:

URL
2010-12-30 в 22:23 

Angeloluslumino
Sermo est imago animi!~"речь - это образ души!" =^.^=
замечательный фанфик...:weep: но грусть и печаль, как тиз, прогрызла моё сердце...:weep2:

2011-01-08 в 02:07 

Аллен-тян
Поиграем немного в прятки в лабиринте кривых зеркал?
благодарю вас)

URL
2011-08-19 в 00:16 

Обиженная_на_мир
Каждому свое.
:weep3: Я чуть не расплакалась...Всех слов не хватит чтобы выразить мои чувства... Оно прекрасно...

2011-08-19 в 20:20 

Аллен-тян
Поиграем немного в прятки в лабиринте кривых зеркал?
Обиженная_на_мир, благодарю)

URL
   

Тетрадь забытой реальности

главная